отдых в Карелии
Туры Размещение Карелия Достопримечательности Фото Отзывы

Лось Хийси

Или лось от Хийси (черта) — лось, которого Лемминкайнен должен был добыть, выполняя трудные задания при сватовстве к деве Похъелы. Лемминкяйнен просит хозяйку Похьелы выдать за него свою дочь. Та дает ему первое трудное задание: загнать и изловить лося Хийси. Горделиво бахвалясь, Лемминкяйнен отправляется на лыжах загонять лося, но вскоре, к своему огорчению, понимает, что лося Хийси одним хвастовством не добудешь.Так можно трактовать этого персонажа по эпосу «Калевала». В народной же традиции этот международный сюжет о погоне за лосем не связан с выполнением трудных заданий при сватовстве. Завязка действия обычно состоит в том, что человек, делающий лыжи (именуемый чаще всего Кавппи) хвастается, что на его лыжах можно догнать самого быстрого зверя. Услышав это, хийси (черти) быстренько делают лося, чтобы лыжный мастер доказал, на что годятся его изделия и что будет, когда он нагонит «лося», который на самом деле лишь гнилушка.

Хотите узнать больше о Карелии? К вашим услугам: словарь и набор интересных фактов и легенд.

Карелия

Ругоев Яков Васильевич

Ругоев Яков Васильевич (1918 - 1993) писатель, поэт и прозаик. Родился в  Суоярви Калевальского (Ухтинского) района учился в Ухтинской школе (нынешняя Калевала).

Произведения: «Месть», (1943 г.), «Огни Марикоски» (пьеса, 1947/1948 г.), «На можжевелевой земле», (1964 г.), «Тростниковый берег» (роман, 1974 г.), «Большой Симон» (1975 г.), «Пекка и Анья» (повесть, 1975 г.), «Мои карельские корни» (1982 г.), «Сказание о карелах» (эпическая дилогия в стихах), «Озера» (поэма), «Олоневоды» (поэма), «Полк майора Валли» (роман), «Прокладывая пути» (сборник исторических очерков), «Яакко и Васселей. Лесная карельская молодость» (роман, 1997 г.)
 
Язык произведений: финский язык
 
Главная тема творчества: исторические и национальные корни карельского народа, морально-этические проблемы
 
Награды: Народный писатель Карелии. Лауреат Государственной премии Карелии. Заслуженный деятель культуры РСФСР.
В 1997 году в Республике Карелия учреждена именная стипендия Яакко Ругоева. Предназначена она одаренным студентам и аспирантам вузов республики — авторам произведений на финском, вепсском и карельском языках. В 2008 году на том месте, где был родной дом Яякко Ругоева в Ухте (нынешняя Калевала), установлена памятная доска «На этом месте стоял дом Я. Ругоева»
Яакко Ругоев
 
Сказание о карелах
 
Повествование в стихах
 
Перевод с финского Т. Стрешневой, О. Шестинского, М. Тарасова
 
 
Пролог
Баллада о земле карельской
 
(перевод О. Шестинского)
 
 
Мы подобны вольным птицам,
Что в глубоком нашем прошлом
Над горами, над долами
Пролетали и гнездовья
Обрели на новом месте,
Чтобы никогда обратно
К родине первоначальной
Стаями не возвращаться.
 
Мы не ведаем далеких
Погрузившихся в тумане
Наших родовых корней,
Путь в четыре поколенья
Или в пять – никак не боле –
Нами понят и осознан,
Видимы побеги рода.
Современная наука
Наших древних дней не знает
Глубже берестяных грамот.
Но чутье
нам подсказало.
Что еще в далеких предках
Зародились мы и жили
Много тысяч лет назад.
Из неведомой пучины,
Из туманного простора
К нам о сотворенье мира
Донеслись былые песни,
И они переплетались
С тем, что пел нам Вяйнямейнен,
В этих же местах рожденный.
Все иные наши песни –
Отчей местности преданья,
Калевальские творенья
Доброй выделки домашней,
Это самовыраженье
Чувств карельского народа,
Предыстория искусства,
И когда-нибудь наука
Место в жизни им найдет,
В жизни прожитой, реальной.
 
Значит так:
Мы прилетели
И мгновенно оценили,
Что земля благоприятна
Нраву и укладу жизни,
Свойственным нам от рожденья;
Дорог красотой своею
Этот край суровым людям –
Землепашцам, рыбакам.
Здесь земля для нашей жизни
Будто создана нарочно:
Поле в валунах гранитных,
Строй таежных крепких сосен,
Лососевые протоки.
Ветер над озерным лоном...
Здесь для жизни закалятся
Будущие поколенья.
Здесь потребует природа
И несокрушимость воли,
И размах душевных сил.
Все, с чем встретились на этой
Мы земле благословенной,
Крайностями выражалось:
Летний свет и тьма зимою.
Летний зной и зимний холод,
Твердость скал и топь болота...
Между крайностями скрыты
Неизведанные тайны.
 
Но назвали эту землю
Мы своей землей карельской,
Милой и обетованной.
Мы на ней свободны были,
Как свободны только птицы,
Что летят навстречу ветру
Или же с попутным ветром,
Чтобы отыскать гнездовье
Для своих птенцов грядущих.
Мы нашли себе гнездовье
У озерной глади Нево,
У бесчисленных заливов,
В устьях лососевых рек;
И на берегах Онего,
На песчаных склонах Шуньги,
У Выгозера, на кручах
У Воицкого порога.
Возле ясных сегозерских.
Ондозерских волн рассветных,
Между валунов у Куйтти,
В грохоте порогов Кеми,
В тростниковой Оуланге,
На горе высокой Куме,
У могучего Кивакка,
Где вода стремглав несется,
Разбиваясь о гранит;
У причудливых изгибов
Русел Ковды, Каннанлакши,
У суровой, просоленной.
Шири беломорских вод...
На земле благословенной
Меж озерами простерлись
Вековечные боры,
Чащи елей и осинник,
Земляничные поляны
И морошковые топи;
Там в таежной глухомани
Самый разный зверь водился.
Глухари на токовищах
Токовали, а олени
Дикие в лесах трубили.
Работящие карелы
Плыли с неводом по морю.
Опускали сети в омут,
На порожистых протоках
Ставили иные снасти
И вылавливали вволю
Харьюсов, лещей, лососей...
Из лесины крепкоствольной
Ладили дома на годы,
Лодку с мачтою высокой
Мастерили у причала.
 
На земле благословенной
Род красивый поднимался.
По лесам распространялся
И на языке карельском
С доброй мыслью окрестил
Все проливы, острова,
Реки, горы и заливы,
Чащи, заводи, поляны,
Перелески и протоки
В дальней пустоши таежной...
 
Годы шли. Земля родная
Расцветала и мужала.
И по свету разлеталась
Слава о земле карелов.
Рубленые избы встали
Крепостями у заливов,
На лесных зеленых склонах...
Жили широко карелы,
Локтем ближнего соседа
В тесноте не задевали.
Жизнь исконного карела
Выражалась в этом тоже.
 
Кинешь взгляд – дымы над кровлей
В небо тянутся повсюду
Весла спущены из лодок,
Отражают солнца блики.
Колокольчиками стадо
Оглашает дол зеленый,
Кузнецы стучат по кузням.
 
И ни в чем нужды не видно,
Не стучит беда в ворота,
Голову не гнет неволя...
Гости разносили вести
О житье в земле карельской.
Мы встречали их радушно,
Честь оказывали людям.
И, как водится на свете,
Сами отправлялись в гости...
 
Годы шли, все чаще гости
Заявлялись к нам в деревни;
Кстати, и без приглашенья
Заходили к нам порою.
Гости жадно озирали
Наши нивы и амбары
И высматривали что-то
В чащах и среди пригорков.
По протокам лососевым
Лодки с недругами плыли,
Гости в воинских доспехах
Опускали весла в воду.
Птицы разные бывают,
С самым разным опереньем.
Точно так же и с гостями.
Надо загодя предвидеть
И ночной прилет гагары,
И полет неслышный гуся,
Чернети в тумане голос,
Посвист крыльев ястребиных.
На вершинах гор карельских
Свет костров – предупрежденье
О приходе злых людей,
О нагрянувших напастях.
Время бурное, лихое,
Беспокойна жизнь по селам.
Меч ударил по границе,
Силой семьи разделяют,
Землепашцев подстрекают
На борьбу между собою.
Скорбь Карелию объяла,
Трудная пришла година,
И от Ладоги разнесся
Стон людской до Кандалакши.
Этот вихрь не на минуту,
Эта стужа не на зиму, –
Этот путь многострадальный
Измеряется веками.
Мир Карелию покинул.
 
И карельских птиц гоняло
Горе к северу и к югу,
К стуже мурманского края,
В сторону восхода солнца...
У Валдая, где веками
Жили родичи карелов,
Ищут северные птицы
От своих тревог защиту,
А другие улетели
К Тверь-реке с мечтой о мире,
Третьи – к пастбищам оленьим,
К лопарям на дальний север.
Мчались – кто куда способен
От мечей свирепых шведов.
 
Но карелы стойки были,
Жилисто, упрямо племя,
Вынесли все испытанья –
Не растерзаны мечами,
Не поглощены смертями.
 
Снова племя разрасталось,
Родовито, домовито,
По низинам и по кручам
Корни гибкие пустило...
Были начеку карелы,
Берегли свою свободу,
Все же плеть вельможной знати
Их порою достигала.
 
Череда годов катилась,
Снова песни зазвучали,
Калевальские напевы,
Рун мелодии родные:
Голос Перттунена славный,
Голос Параске чудесный,
А меж ними песнопевцы.
Скажем, Шемейкки в Суйстамо...
Эти песни разлетались
До морей и гор далеких,
Эти песни пробирались
С коробейниками вместе
В кошелях их берестяных.
Руны есть и пить не просят,
Тяжестью своей не давят
И не тают от повтора
Мелодичных песнопений.
В деревнях передавались
От певца к певцу иному
Руны, а потом попали
Руны в руки письмознатца.
 
Наши руны записали,
Тут уж и топор бессилен!
Счастье выпало народу,
Случай в вековечной дали
К чести земляков-карелов
И отечеству во славу.
Оттого на белом свете
И узнали, что карелы
В своих песнях даровиты,
Живописны песни их.
Что своей душой открыты,
Что умом других не хуже,
Что исконные карелы
Сочинили песни Вяйне,
Сотворили смелый образ
Илмаринена, что в кузне
Чудодейственно ковал,
Руны звонкие воспели
Дружбу, мир и честный труд.
 
Не хотел бы я, чтоб кто-то
Вероломно в хлеб карела
Камни острые запек.
Не хотел бы я, чтоб кто-то
На его язык и душу,
На его святые руны
Тайно грузила подвесил.


А также:
Спецпредложение
специальное предложение
Благоустроенный коттедж в 100 км. от Петрозаводска и 300 км от Санкт-Петербурга, у воды, рассчитан на 6 основных и 2 дополнительных места (3 спальни). Июнь и июль - 6000 рублей. Август - 8000 рублей.
от 8000 руб
Главная → Карелия → Искусство и культура Карелии → Писатели и поэты Карелии → Ругоев Яков Васильевич